Разговоры о девальвации рубля становятся все более настойчивыми. Уже только одно это слово приводит многих в трепет. Однако так ли страшен черт, как его малюют?

Еще несколько месяцев назад власти стали исподволь готовить общественность к возможности перехода к плавающему курсу рубля. Причина таких действий в целом понятна: согласно прогнозам через два-три года страна столкнется с ситуацией, когда торговый баланс станет отрицательным, профицит бюджета исчезнет, а рубль начнет девальвироваться. Поэтому лучше переходить к плавающему курсу в период укрепляющейся национальной валюты.
Однако из-за кризиса процесс пошел настолько быстро, цена на нефть покатилась вниз так стремительно, а золотовалютные резервы стали убывать в столь солидных размерах, что финансовые власти не успели подготовить ни себя, ни страну к переходу к плавающему курсу. Возник вопрос, есть ли смысл и дальше расходовать накопленные валютные запасы на поддержание позиций рубля. Удержать курс на нынешней отметке в принципе возможно, но стоить это будет очень недешево, да и ни к чему. Иначе мы вновь можем оказаться в ситуации 1998 года, когда власти не сумели дольше поддерживать искусственный курс рубля и в один миг накопления граждан в рублях обесценились.
В такой непростой ситуации власти склоняются к промежуточному решению – плавно опускать курс рубля, расходуя на эти цели средства, но в меньшем объеме. Таким образом, девальвация рубля уже началась.

Так ли страшен зверь?
Однако вопрос в другом: что вообще следует понимать под девальвацией? К этому термину в обществе крайне негативное отношение. Сразу вспоминается 1998 год, когда курс рубля снизился в четыре раза по отношению к доллару. И до сих пор для очень многих девальвация воспринимается именно в качестве резкого и быстрого удешевления национальной валюты, практически финансовой катастрофы.
Однако вряд ли сегодня Центральный банк допустит такое глубокое падение рубля, по крайней мере, он сделает все возможное, чтобы процесс шел плавно. Пока ресурсов на это достаточно. Однако если посмотреть вдаль, то положение видится крайне неопределенным. Сегодня никто не в состоянии предсказать, как долго продлится кризис, какой будет спрос и по каким ценам будут продаваться наши основные экспортные товары, а также что будет с потреблением внутри страны. Если оно станет сильно падать, это приведет к свертыванию многих инвестиционных программ и сокращению заказов по всей промышленной цепочке. В такой ситуации государство будет вынуждено стимулировать производство путем реализации инфраструктурных проектов, дотирования некоторых отраслей, например строительства, а также поддерживать уровень спроса населения.
Однако, как подчеркивает президент РСПП Александр Шохин, речь не должна идти о возрастании роли государства в качестве бизнес-игрока, все-таки оно должно быть системным организатором по стимулированию производственного и потребительского спроса. А это потребует значительных финансовых вливаний, и так как на все денег не хватит, придется выбирать между вкладыванием средств в инфраструктуру и поддер­жанием стабильного курса валюты.
Кроме того, не стоит забывать, что уровень обменного курса по-разному влияет на компании. Известно, что экспортеры от ослаб­ления рубля выигрывают, а предприятия, ориентированные на удовлетворение внутреннего потребления, получают преимущества от удорожания национальной валюты. После дефолта благодаря резкому удорожанию импорта последние активно занялись импортозамещением, увеличив объемы производства. Тогда это стало возможным во многом благодаря наличию большого количества незагруженных мощностей. Сейчас такая ситуация повториться не может – свободного оборудования больше нет. К тому же большое количество устаревших станков надо срочно выводить из эксплуатации. Так как отечественное машиностроение удовлетворить потребности в переоснащении предприятий способно лишь в небольшой степени, то нужно закупать импортные машины. Снижение курса рубля делает эти закупки еще дороже. Опуская плавно рубль, важно осуществлять это так, чтобы у отечественных производителей сохранялись стимулы для выпуска продукции, но при этом не был отрезан и импорт. Иначе мы подорвем конкуренцию на рынке, что ни к чему хорошему никогда не приводит. И это уж точно по­ставит крест на инновационном развитии экономики.
Практически каждая крупная компания сегодня является одновременно экспортером и импортером. А потому зачастую нелегко сказать однозначно, какой курс рубля для нее более выгоден. Любые резкие колебания стоимости национальной валюты нежелательны, они лишают ситуацию предсказуемости для бизнеса, который просто не сможет ничего планировать.

Слабеют многие
Конечно, сегодня положение иное, нежели 10 лет назад. Сходство лишь в одном: рубль обесценивается к корзине валют. Впрочем, в состоянии падения находится и доллар по отношению к евро, снижается курс английского фунта. Еще недавно за один фунт стерлингов давали два доллара, сейчас всего полтора. Если это не девальвация, то что тогда? Однако не слышно, чтобы на Британских островах кто-то бился в истерике по этому поводу. Это реальные процессы, которые протекают в настоящее время на мировых финансовых рынках. Причем идут они постоянно.
В России даже несильное ослаб­ление рубля к доллару почему-то сразу наводит народ на мысль о грядущем обвале. Между прочим, сама по­становка вопроса о девальвации нашей национальной валюты не совсем коррект­на. Да, по отношению к американским деньгам рубль сдает позиции, но ведь по отношению к евро он до недавнего времени укреплялся. В корзине валют доля доллара составляет примерно 60%, евро – 40%, зато 53% нашего товарооборота приходится на Евросоюз. А потому евро для нас важней доллара. Но по традиции мы продолжаем ориентироваться на американскую валюту, поэтому и о том, девальвируется рубль или нет, судим только по изменению курса национальной валюты к деньгам Штатов.
К тому же следует учитывать, что повышенный спрос на доллар носит отчасти конъюнктурный характер – наши банки до конца 2008 года должны выплатить иностранным заемщикам 15 млрд долларов, еще 24 млрд долларов выложат корпорации. В первом квартале 2009 года только выплаты кредитных организаций составят 12 млрд долларов. Вот они и скупают американскую валюту. Нельзя исключить, что когда выплаты завершатся, доллар начнет слабеть.
Поэтому сейчас есть смысл вести речь не о девальвации, а об усилении или ослаб­лении рубля по отношению к разным валютам. В условиях нестабильности финансовых рынков этот процесс будет происходить в непрерывном режиме.